Новость

Айнарс Подзиньш: «Хоккей стал смыслом моей жизни»

20 февраля 2021 г. 17:26
Айнарс Подзиньш: «Хоккей стал смыслом моей жизни»
Array
(
    [CACHE_TIME] => 180
    [CACHE_TYPE] => N
    [DETAIL_URL] => /news/#CODE#_#ID#/
    [IBLOCK_ID] => 1
    [IBLOCK_TYPE] => matherials
    [ELEMENT_ID] => 53148
    [TAGS] => Array
        (
            [0] => 46085
            [1] => 8231
            [2] => 19705
            [3] => 26392
            [4] => 36293
        )

    [~CACHE_TIME] => 180
    [~CACHE_TYPE] => N
    [~DETAIL_URL] => /news/#CODE#_#ID#/
    [~IBLOCK_ID] => 1
    [~IBLOCK_TYPE] => matherials
    [~ELEMENT_ID] => 53148
    [~TAGS] => Array
        (
            [0] => 46085
            [1] => 8231
            [2] => 19705
            [3] => 26392
            [4] => 36293
        )

)

Пятый выпуск проекта «Я в хоккее» от УХЛ, Провокатора и Parimatch

Украинская хоккейная лига совместно с Youtube-каналом Провокатор и Parimatch подготовили новый проект «Я в хоккее». В рамках проекта топовые игроки клубов УХЛ расскажут о том, как устроена их хоккейная жизнь, на какие суммы хоккеисты подписывали свои первые контракты, какого играть заграницей или выступать в составе сборных, а также обо всем, что происходит за кулисами публичной хоккейной жизни.

Следующим героем проекта стал игрок «Краматорска» и чемпион Австралии, поигравший в 12 разных странах, Айнарс Подзиньш.


Это очень тяжелый момент, когда ты являешься лидером по своему возрасту, а потом переходишь в команду, где ты не имеешь опыта и тебе физически тяжелее.



Как ты попал в хоккейный мир?

— Возле моего дома открылась ледовая арена, а я был, наверное, активным и непослушным ребенком. Родителям ничего не оставалось сделать, как отдать меня в хоккей. В него я стал играть в восемь лет – это поздно для этого вида спорта, но я все наверстал. Где-то лет в 13 у меня увидели перспективы и вызвали в сборную Москвы. После этого в 14 лет я оказался в сборной России, а в 16 – подписал свой первый контракт.

Что ты можешь яркого вспомнить со своего дебюта?

— Переход из детей в профессионалы, он очень важен. До 16 лет я играл в хоккей со своими сверстниками. Ребята были моего возраста и телосложения. Но в 16 лет, когда подписываешь профессиональный контракт, то ты уже получаешь зарплату.

В 16 лет я стал самым молодым игроком в команде. Следующий игрок был 88 года, получается, что он меня старше на четыре года. Из-за этого он был сильнее меня физически, а также гораздо опытнее. Это очень тяжелый момент, когда ты являешься лидером по своему возрасту, а потом переходишь в команду, где ты не имеешь опыта и тебе физически тяжелее.

Могу вспомнить, что мне было тяжело.

На какую сумму ты подписал свой первый профессиональный контракт?

— Я назову в рублях – это 15000 рублей во второй команде и 30000 рублей в первой команде.




Многие люди представляют Австралию, как страну, где бегают пауки с размером кошку.



Есть ли у тебя такая страна, в которую ты бы вернулся?

— Мне очень понравилась Австралия. Я там завоевал единственный для себя пока кубок. Да, я пока не играл в дрим-тимовских командах, но тогда я хорошо сыгрался и чемпионство далось легко. Сам менталитет, климат и инфраструктура – мне очень понравились в Австралии. Многие люди представляют Австралию, как страну, где бегают пауки с размером кошку.

Кенгуру.

— Да, кенгуру я сам видел и кормил. Все страны, где я играл в хоккей, отложились в моей памяти. А все из-за того, что я был в них не проездом. Я увидел, как живут другие люди. За это я благодарен хоккею. Это стало профессией моей жизни.

Ты дебютировал в КХЛ за рижское «Динамо». Была тогда в команде дедовщина?

— Дедовщина – это слово уместнее в России, когда я играл в «Крыльях Советов». Там ребята были старше меня на пару лет, но они хотели показать свою важность. Но, когда я попал в другую команду, где хоккеисты были уже топ-мастерами, то никакой дедовщины не было. Там была поддержка и дружный коллектив. Вот почему мы с рижским «Динамо» всего и добивались.

Собирать шайбы – это ритуал, который должен пройти каждый молодой. Также молодой должен делать общественную работу. Потом через период ты прекращаешь это делать. Я, к сожалению, в команде был очень долго время молодым. В «Крыльях Советов», около двух лет, а потом перешел в рижское «Динамо», где я был на четыре года моложе, чем второй по возрасту человек. 

Потом я перешел в «Витязь», но и в этой команде я остался молодым игроком. За свою жизнь я отработал шесть лет, как тот, кто собирает шайбы или как военный, который чистит картошку.




Когда я попал в команду, я был готов играть за любые деньги, но я хотел себя показывать.



Было время, когда ты играл параллельно в КХЛ и МХЛ. Скажи, насколько трудно было совмещать?

— Объективно сказать, что уровень КХЛ был тогда заоблачным.

На какую зарплату мог рассчитывать молодой игрок в КХЛ?

— Я не могу говорить за все цифры, но скажу, где я начинал играть – это «Крылья Советов», а они сейчас закрылись. Я не могу раскрывать цифры в рижском «Динамо», там у меня есть контрактные обязательства.

Рижское «Динамо» очень аккуратно подходило к подписанию игроков. У них не было практически увольнений, а также мало компенсациЙ. Они на то время не имели такого бюджета, как московское «Динамо», омский «Авангард» и СКА. В Риге были объективно недорогие игроки, а также очень сильное усиление по иностранным позициям. 

В КХЛ есть минимальный лимит зарплат – это 300 000 тысяч рублей в месяц или три миллиона в сезон. Тогда я был молодым игроком, а речи о больших зарплатах идти не могло. Когда я попал в команду, я был готов играть за любые деньги, но я хотел себя показывать.

У нас были Сандис Озолиньш и Марцел Госса – это были звезды нашей команды. Их оклады я не знаю (улыбается). Если говорить о среднем бюджете рижского «Динамо», то он был ближе к концу, чем ближе к началу. Я считаю, что в то время мы показывали хороший результат. Даже скажу, что прекрасный результат.

В 2014 год ты покидаешь КХЛ и переходишь в МХЛ. Потом ты начал длинный заграничный вояж. С чем связан твой уход?

— Времена в КХЛ я вспоминаю с теплотой. Я не помню уже, как это было. Да, я помню все свои 90 игр в КХЛ, а также свой первый гол в 18 лет. Да, у меня была травма в хоккейном клубе «Витязь», после этого меня понизили, а я потом ушел из команды. 

После этого я перешел в Краснодар, а команда начала банкротиться, но я много банкротил команд (смеется). Возможно, даже не я, но команды закрывались почему-то по финансовым причинам. Будем надеяться, что мистика и случайность.

После этого я начал свое путешествие. Я поиграл в Словакии, кстати, меня туда позвал Юлиус Шуплер, который тренировал «Донбасс». Он был моим тренером в рижском «Динамо». Шуплер ко мне очень хорошо относился в рижском «Динамо», а когда я играл за «Витязь», то мы играли против «Донбасса». Это был конец сезона 2012/13.

Тогда «Донбасс» был машиной.

— Да, но я тогда забил гол, а мы выиграли 2:1. Тогда «Донбассу», если я не ошибаюсь, не хватило одного очка, чтобы попасть в плей-офф. После этого Юлиус меня позвал в Словакию, где я отыграл неплохой сезон. 

Словацкий «Мартин» стал второй командой, которая после меня обонкротилась. После Словакии я снова вернулся в Россию. Я понял, что нужно играть в более холодном месте (улыбается). Тогда я начал играть в Красноярске.




Если говорить о Казахстане, то там другой народ, который я полюбил только месяца через два. А вот Украину я полюбил сразу.



За следующие четыре сезона ты поиграл в Словакии, Германии, Австрии, Финляндии, Великобритании, Австралии, Франции, Казахстане и России. По факту, ты дважды в сезон менял чемпионат. С чем это связано?

— Я долго сидел и искал для себя вариант и статус. Поэтому поехал на месячный контракт в Германию, чтобы быть в форме. Музыканту нужна музыка, а хоккеисту – хоккей. В европейских странах такая услуга пользуется популярностью. 

В странах СНГ обычно подписывают контракт на сезон, а в Европе можно и на месяц. После чего я из Германии перебрался в Австрию, где играл в австрийско-итальянском чемпионате. Поездил по прекрасным городам, по серпантину, увидел водопады. Ой, все прекрасно!

Я отработал несколько месяцев в Австрии, но моя команда не попадала в плей-офф. Это означало, что сезон заканчивается крайне рано – в феврале. Однако меня это не устраивало, я хотел больше поиграть в хоккей.

А где тебе из этих стран было комфортнее по финансам?

— Если не говорить о хоккее. То мне было комфортнее в Австрии, Франции. Так, а где я еще играл? Я уже забыл (улыбается). Еще в Финляндии было прекрасно. Но не стоит забывать, что эти страны очень дорогие, а мой оклад был подходящим к уровню жизни. Если говорить о ресторанах в Украине и Казахстане, то это небо и земля.

Во Франции сходить в ресторан – это 50 евро, это бизнес-ланч. А в Украине и в Казахстане я забыл, что такое готовить, только посещал рестораны. Украина по менталитету мне ближе всего. Если говорить о Казахстане, то там другой народ, который я полюбил только месяца через два. А вот Украину я полюбил сразу.



Не забудьте подписаться на наши страницы в социальных сетях FacebookTelegramInstagramTwitterYoutube и Viber